Церемония открытия мемориала пленным периода Великой Северной войны на о. Висингсё 25 мая 2019 года

Подробности по ссылке: Booklet_Invigningsceremoni.pdf


Интервью Посла России в Швеции В.И.Татаринцева изданию "Di Weekend", 5 апреля 2019 г. (перевод со шведского языка).

 Автор Хенрик Хульдшинер

Солдат Путина в Швеции

Посол России в Швеции называет себя солдатом, который готов отдать жизнь за свою страну. В своем интервью Виктор Татаринцев парирует критику в адрес России и Президента В.В.Путина, рассказывает, как он «русифицирует» своих шведских друзей, и дает свою оценку тому, как, по его мнению, Швеция изменилась за те 20 лет, которые он в общей сложности провел в этой стране.

Чтобы позвонить в дверь нашего ближайшего соседа – Посольства России – нам достаточно перейти через дорогу от редакции «Дагенс Индустри», которая расположена в издательском комплексе в стокгольмском районе Мариеберг. Однако в плане политики, культуры и ценностей нас разделяет целый океан.
С любопытством и волнением мы ожидаем у ворот Посольства. Нас встречает молодой человек, представившийся личным помощником Посла, и ведет в его старую резиденцию, где Виктор Татаринцев сердечно приветствует нас на практически идеальном шведском. Заметно, что он доволен, что его попросили дать интервью для газетного приложения «ДИ Уикенд».
– Мы охотно дадим вам разъяснения, нам нечего скрывать. Мы открыты к диалогу со Швецией. После того как ваши правительство и парламент, к сожалению, заморозили дипломатические отношения с нами, мы вынуждены искать другие способы напрямую обращаться к шведскому народу, – говорит он, после того как мы сели за стол в большом пустом зале.
Быть Послом России в Швеции – деликатная задача. Не проходит и дня без сообщений в шведских газетах о российских «фабриках троллей», кампаниях по оказанию влияния, военных провокациях, авторитаризме В.В.Путина или преследовании ЛГБТ-сообщества и других меньшинств. В тот же день, когда мы встречаемся, «Дагенс Нюхетер» публикует большое интервью британского эксперта по России К.Джайлса под рубрикой «Мы должны осознавать, что Кремль желает нам зла».
– Ну что тут скажешь? «Дагенс Нюхетер» – это чистой воды пропагандистский аппарат, который постоянно штампует русофобские статьи. Почти всегда их утверждения бездоказательны, а затем оказывается гораздо позднее, что за шум российских подводных лодок приняли звуки, издаваемые норками. В другом случае с российскими подлодками перепутали парусники. Все это стало выглядеть весьма однообразно. Даже во время охоты за подводными лодками в Швеции в 1980-х годах я не испытывал той степени ненависти к нам, русским, какую я ощущаю сейчас, – говорит Виктор Татаринцев.
В ходе последовавшей трехчасовой беседы российский Посол оперирует столь многими утверждениями и взглядами на российскую и шведскую политику, что мы, привыкшие в Швеции к осторожным в высказываниях бизнес-лидерам и вымуштрованным общением с прессой политикам, не в состоянии ставить под сомнение и осмысливать каждый ответ.

Дома у Улы Ульстена

Проработав в стокгольмском Посольстве в четырех командировках в общей сложности 20 лет, Виктор Татаринцев называет себя "ветераном Швеции". Он впервые приехал сюда из Москвы 25-летним выпускником МГИМО, где изучал шведский язык и специализировался по Швеции, став переводчиком и личным помощником тогдашнего советского посла Михаила Яковлева. Уже в первый год работы Виктора Татаринцева в Швеции произошло событие, накладывающее отпечаток на шведско-российские отношения и по сей день: в 1981 г. под Карлскруной села на мель советская подводная лодка U-137 с ядерным оружием на борту.
– Я отчетливо помню ночь, когда мы получили срочную телеграмму из Москвы о том, что нам надлежит довести до шведского правительства твердую позицию Кремля в том, чтобы с капитаном советской подводной лодки был проведен не «допрос», а «опрос». Я позвонил Уле Ульстену, который был тогда министром иностранных дел Швеции, и мы среди ночи поехали к нему домой на улицу Флурагатан в Стокгольме и сумели убедить его в том, что опрос – лучший вариант при сложившихся обстоятельствах. Отношения между странами были весьма напряженными, но мы находили решения посредством интенсивной дипломатии.
С тех пор Виктор Татаринцев участвовал во многих исторических событиях в Швеции, например, когда советское Посольство стало российским в начале 1990-х годов, когда в период председательства Швеции в ЕС весной 2001 г. премьер-министр Й.Перссон пригласил избранного накануне Президента России В.В.Путина в Стокгольм.
Пять лет назад Виктор Татаринцев вернулся в Швецию в четвертый раз, чтобы возглавить Посольство. Однако с первого рабочего дня ему пришлось плыть против течения. За несколько месяцев до его прибытия в мае 2014 г. Россия ввела свои войска на Украину и аннексировала Крымский полуостров, что встретило осуждение в Швеции и остальном западном мире. Жесткие антироссийские санкции ЕС действуют до сих пор, а Швеция снизила дипломатические отношения с Россией до минимального уровня.
– Сегодня все североевропейские страны, кроме Швеции, восстановили связи с Россией. Это не значит, что всё в них безоблачно, но, так или иначе, мы общаемся с Финляндией, Норвегией и Данией. Не вести двусторонний диалог на высоком уровне неестественно. То, что происходит в Крыму, не должно никоим образом сказываться на наших двусторонних отношениях.

«Раньше было лучше»

В последние годы Виктор Татаринцев неоднократно выступал в шведских СМИ и выражал сожаление по поводу осложнившихся отношений между нашими странами. При этом какого-либо улучшения он не предвидит.
– К сожалению, в Швеции сложилась весьма негативная политическая традиция критиковать Россию за всё на свете. Россию обвиняют во всем, что происходит плохого в мире, – утверждает Виктор Татаринцев.
Он полагает, что мы, шведы, чересчур самодовольны и печемся о своем собственном благе.
– Вы думаете, что вы столь безупречны и правы во всём. Швеция считает себя моральной сверхдержавой, выступая за социальную справедливость и опережая всех в борьбе за права человека. Но это отнюдь не обязательно означает, что она так же воспринимается нами, другими. Я не хочу очернять Швецию так же, как она демонизирует Россию. Хочу лишь сказать, что на самом деле в Швеции не всё идеально.
Вам не нравится в Швеции?
– Да нет, мне здесь нравится. Но раньше было лучше. Сейчас всё немного по-другому.
В каком смысле?
– Когда я впервые приехал сюда в 1980-е, везде можно было чувствовать себя в безопасности. В те времена я с удовольствием ездил в Ринкебю (иммигрантский пригород Стокгольма – Прим.пер.) на рынок за свежими овощами. Но сейчас напряжение в обществе возросло, и в Швеции появилось много мест, где уже не чувствуешь себя в безопасности. Что и неудивительно с учетом того количества беженцев, которое вы за короткий срок без разбору впустили в страну пару лет назад.
Чему, по Вашему мнению, Швеция могла бы поучиться у России?
– Мы в России гордимся тем, что проводим самостоятельную и независимую политику. Мы не оглядываемся на то, что делают и говорят Вашингтон и Брюссель, и не подражаем им. Мы следуем своим путём. Национальная гордость и независимость – вот чем вы могли бы вдохновиться.
Швеция воспринимается как передовая страна в вопросах гендерного равенства и защиты прав ЛГБТ, в то время как про Россию часто говорят прямо противоположное. Что Вы думаете об этом?
– Я думаю, что в Швеции порой заходят слишком далеко, взять хотя бы разговоры о гендерном квотировании в правлениях компаний. При этом я безусловно выступаю за равенство и за создание возможностей для самореализации женщин. В России у нас слишком мало женщин на руководящих должностях, как в экономике, так в политике. Это недостаток, который нашему обществу следует исправить.
Чему, как Вы считаете, Россия могла бы поучиться у Швеции?
Когда М.Горбачёв проводил в 1990-е годы в СССР свою перестройку, мы взяли за образец шведскую модель благосостояния. Сегодня мы больше ориентируемся на другие общественные модели, похожие на американскую. Но в шведской модели есть вещи, которые, по моему мнению, весьма хороши. Например, бесплатное всеобщее медицинское обслуживание, возможность получать бесплатное высшее образование. В сегодняшней России обучение в университете, к сожалению, могут позволить себе в основном лишь обеспеченные люди.
Что-нибудь еще?
– Швеция может гордиться многим: вы достигли высоких социально-экономических показателей, занимаете передовые позиции в сфере технологий, науки и образования. И у вас в стране практически нет по-настоящему бедных, за исключением приехавших из-за рубежа попрошаек, которые появились на улицах в последние годы. В России большие проблемы с бедностью и социальной защищенностью.
Есть ли у Вас ощущение, что Вы в определенной степени «ошведились» после стольких лет в Швеции?
– Наоборот, это я «русифицирую» шведов, с которыми я общаюсь. Поймите меня правильно, у меня даже мысли нет о том, чтобы завербовать моих шведских друзей, чтобы они стали российскими агентами, но я пытаюсь привить им чуть-чуть «русскости». Я люблю шведские традиции и много лет отмечаю праздник середины лета в большой шведской компании на Турё (остров в Стокгольмском архипелаге – Прим.пер.), где мы танцуем под традиционную песенку про лягушат. Но когда я приехал туда впервые и дело дошло до застольных песен, я сказал «стоп, а сейчас мы споём русскую песню». И теперь у нас на Турё традиция петь русские песни на день Ивана Купалы.
А кто Ваши шведские друзья?
– Очень разные люди, которых я повстречал на протяжении этих лет – как по работе, так и в личном плане. Одно из последних таких знакомств состоялось два года назад, когда мы переехали на Лидингё (пригород Стокгольма – прим.пер.). Первое, что я сделал – установил на своем участке флагшток с большим российским флагом, чтобы он висел круглосуточно. Тогда мой ближайший сосед Матс поднял шведский флаг и сказал, что он гордится своей родиной не меньше, чем мы, русские. Я подумал, как же это здорово, поэтому пригласил его в гости на рюмку водки, и с тех пор мы с ним друзья.
Виктор Татаринцев живёт на вилле в районе Бусён вместе с женой Ириной. Супруги поженились в 2011 году, у них трое взрослых сыновей. Общих детей нет. Старший Андрей – 35-летний сын Виктора Татаринцева – сейчас работает в шведской компании «Орифлэйм» в Москве.
– Андрей почти полжизни прожил в Швеции. В детстве он ходил в шведскую школу, затем изучал экономику в Стокгольмском университете.
То есть он больший «швед», чем Вы?
– Нет, он на сто процентов русский, так же, как и его отец. И такой же патриот, как и я.
Насколько Вы патриотичны?
– Я солдат. Я готов отдать жизнь за Россию, если потребуется.
На этот пост Вас назначил В.В.Путин. Каково это – иметь его в начальниках?
– Мне повезло, что моей страной руководит такой исключительный политик и государственный деятель. Многим странам требуется лидер такого масштаба. Я имел возможность познакомиться с ним лично в 2001 г., когда переводил ему на встречах с королём и премьер-министром Швеции в ходе его госвизита.
Вы понимаете, что мы в Швеции смеемся над фотографиями в мачо-стиле, когда российский Президент ездит верхом и рыбачит с голым торсом?
– Глупцам всегда смешно. Я не вижу ничего смешного или вульгарного в том, что наш Президент находится в хорошей физической форме и демонстрирует это. Он показывает прекрасный пример нашему народу. К сожалению, не могу похвастать тем же, – говорит Виктор Татаринцев, похлопывая себя по животу.
Среди всех руководителей России В.В.Путин по продолжительности пребывания у власти уступает лишь И.Сталину. Его четвёртый президентский срок начался в 2018 г. после того, как он получил 76% голосов избирателей на президентских выборах, на которых у него не было реальных конкурентов. Тем самым 66-летний В.В.Путин обеспечил себе власть до 2024 г.
То есть, что бы ни пришло в голову Путину и России, Ваша роль всегда состоит в защите того, что они делают?
– В мои обязанности как Посла действительно входит отстаивание официальной линии России. Но мои личные взгляды могут иногда не совпадать. Например, пару лет назад Госдума приняла новый закон о декриминализации домашнего насилия. Когда министр иностранных дел Швеции М.Вальстрём затронула эту тему со мной в неформальной беседе, я признал, что лично я против этого закона. Женщины должны чувствовать себя дома в безопасности, иначе мы никогда не сможем создать предпосылки для усиления их роли в российском обществе.
Вероятно, была масса других случаев, когда Вам приходилось «делать хорошую мину»?
– Возможно, было несколько единичных случаев, когда я на личном уровне не разделял официальную позицию, но в подавляющем большинстве вопросов я поддерживаю действия и решения Кремля. Я знаю, что правда на нашей стороне. И это не пустые слова, я убежден в этом всем сердцем и душой.
Аннексия Крыма Россией была признана почти всеми странами нарушением международного права. Как Вы это оправдываете?
– Я сам родился на Украине. Я наполовину русский, наполовину украинец и могу объяснить, как это произошло, – говорит Виктор Татаринцев, после чего так долго рассказывает о причинах Крымского кризиса, что мне сложно угнаться за его мыслью.
– Хорошо, я скажу проще для непосвящённого шведского журналиста. 96% населения Крымского полуострова высказались на референдуме за воссоединение с Россией. А новый украинский режим, установившийся после госпереворота, в результате которого был свергнут законно избранный президент, наплевал на это. Не стань Крым частью России, на Украине началась бы гражданская война.
Как Вы объясняете поддержку Россией такого хладнокровного диктатора, как сирийский президент Б.Асад?
– Если бы Россия не ввела свои войска в Сирию, ИГ не только захватило бы власть в Дамаске, но и многие другие соседние страны. Именно Россия уничтожила эту террористическую организацию. Полагаю, это достойно хотя бы малой благодарности, но ни одна из западных стран этого нисколько не оценила.

Критика в отношении Д.Трампа
В последние годы российские кампании по вмешательству в выборы и кибератаки, направленные против других стран, стали животрепещущей темой. Согласно многим американским докладам Россия проводила крупномасштабные операции в целях оказания влияния в ходе последних президентских выборов в США, причем по прямому указанию Президента В.В.Путина. Констатировалось также вмешательство России в выборы в Германии и Франции. Однако Виктор Татаринцев отвергает все эти обвинения.
– Сообщения о наших попытках повлиять на результаты выборов в других странах – «фейк-ньюз». Как кто-то может себе представить, что мы могли повлиять на исход президентских выборов в США? Это выходит за пределы моего понимания. Объясните мне, как бы мы смогли повлиять на результаты выборов в самой развитой стране мира? Речь же идет не о Зимбабве, в конце концов. У России ограниченные ресурсы, и поверьте мне, мы не разбазариваем их на бессмысленные цели.
Даже в преддверии прошлогодних осенних выборов в Швеции премьер-министр С.Лёвен предостерегал о российских кампаниях по оказанию влияния. После выборов было, однако, сказано, что ничего подобного доказать не смогли.
– Просто смехотворно, что кто-то тратит на это время. Даже если бы у нас были такие планы, на кого нам ставить-то?
Согласно всем докладам такие операции направлены на поддержку популистских партий, в нашем случае – «шведских демократов», в целях поляризации и дестабилизации общества.
– Что? Нет! Мы не преследуем цели привести популистов к власти.
Но вам ведь на руку, что в США избрали Д.Трампа?
– Этого я не знаю. Обе альтернативы были одинаково плохи. Вначале Д.Трамп хорошо отзывался о В.В.Путине, а что теперь? Он не хочет с ним встречаться, конфисковал объекты российской дипломатической собственности в США. Д.Трамп ведет себя словно пират Карибского моря в XVIII в.: берет, что захочет, и делает, что вздумается. Как это может быть нам на руку?
Что Вы думаете о проблеме изменения климата и о том, что Россия является крупнейшим производителем ископаемого топлива?
– В отличие от Д.Трампа и США, которые вышли из Парижского соглашения по климату 2015 г., мы взяли на себя обязательства по исполнению его положений. Да, мы мировой лидер по добыче нефти и газа, но бóльшая часть этих ресурсов идет на экспорт. Так что, собственно, Швеция и все другие страны, закупающие нефть, сами решают, как её потреблять. Мы полностью осознаем, что однажды наступит день, когда ископаемое топливо выйдет из употребления – либо из-за истощения запасов, либо по причине его запрета. Россия со своей стороны делает всё возможное, чтобы подготовиться к наступлению такого дня.
Что Вы думаете насчет резкого снижения объемов торгового оборота между Россией и Швецией, произошедшего после введения экономических санкций против России в 2014 г.?
Как бы то ни было, сейчас торговые показатели пошли вверх, и это радует. В прошлом году совокупный торговый оборот между нашими странами вырос на 37% и достиг более 5 млрд долл. США. Тем не менее это всего лишь половина от рекордных показателей 2012 г. К сожалению, многие возможности для торговли сегодня не используются из-за санкций.
Что требуется для улучшения отношений со Швецией?
– Сейчас мяч находится на шведской половине поля, мы же стоим с распростертыми объятиями. М.Вальстрём потребовала вернуть Крым Украине, но этого никогда не произойдет, и она об этом знает. Тем самым Швеция загнала себя в тупик, но когда-то нам придется предпринять шаги по нормализации отношений.
Однако, несмотря на замороженные дипломатические отношения, в последнее время Виктора Татаринцева вызывали в МИД на беседы, или на чистые взбучки. Речь идет о таких инцидентах, как «провоцирующее опасное сближение» российского истребителя со шведским самолетом-разведчиком в международном воздушном пространстве, а также недавняя история, когда Служба госбезопасности Швеции (СЭПО) в конце февраля провела громкое задержание «российских шпионов» в одном из стокгольмских ресторанов. Там были застигнуты врасплох высокопоставленный дипломат Посольства, который, по мнению СЭПО, является сотрудником российской разведки, а также шведский гражданин, работающий в сфере технического консалтинга. Последний был арестован по подозрению в шпионаже в пользу России.
По данным СЭПО, среди стран, ведущих наиболее активную шпионскую деятельность на территории Швеции, Россия – на первом месте (за ней идут Китай и Иран). В 2014 г. в своем докладе спецслужба заявила, что каждый третий дипломат Посольства России в Стокгольме является агентом российской разведки, работающим под прикрытием. Утверждается, что разведдеятельность России в отношении Швеции преследует две основных цели – недопущение возможного вступления страны в НАТО и её дестабилизация.
Виктор Татаринцев, который, согласно давним, но до сих пор периодически всплывающим в шведских СМИ слухам, сам был агентом КГБ в Стокгольме в 1980-е гг. (на соответствующий вопрос «ДИ» он отвечает решительным отводом), презрительно усмехается, когда я воспроизвожу эти заявления СЭПО.
– Это просто чушь. Вам стоит поинтересоваться у СЭПО, почему они год за годом выступают с такими беспочвенными утверждениями.
Это интервью мы брали до известной антишпионской операции СЭПО, однако когда я спрашиваю Виктора Татаринцева о том, есть ли у России в Швеции свои шпионы, он не говорит четко «нет» (как во всех предыдущих интервью шведским СМИ в прошлые годы):
– У всех стран есть разведслужбы и агенты, действующие в других государствах. У Швеции такие тоже имеются. Но это крайне чувствительная тема, которую не стоит обсуждать в СМИ, и я надеюсь, что вы отнесетесь с уважением к такой позиции. Единственное, что я могу вам сказать и гарантировать: у России совершенно точно нет никаких враждебных намерений в отношении Швеции.
Шведское правительство приняло решение о значительном повышении оборонных расходов в ближайшие годы в условиях роста авторитаризма и наращивания вооружений в России. Как бы Вы могли это прокомментировать?
– Это суверенное право Швеции, и мы его уважаем. Всем государствам следует иметь мощные вооруженные силы для защиты собственной территории. В этом нет ничего необычного, как и в том, что человек занимается дзюдо, чтобы уметь постоять за себя, если на него в переулке нападет хулиган.
Как Вы относитесь к тесному сотрудничеству Швеции с западным оборонительным альянсом НАТО?
– Это тоже суверенное право Швеции. В то же время я надеюсь, что вы всё так же твердо не намерены вступать в НАТО. Мы высоко ценим то, что Швеция придерживается, по крайней мере на бумаге, внеблоковой политики. Пусть и не так, как во времена У.Пальме, когда Швеция действительно была нейтральна.
То есть Вы хотите сказать, что у нас нет причин опасаться России?
– Именно. Для России внеблоковая Швеция не является военной целью. Но вот что я скажу: Россия – крупнейшая страна мира, и история показала, что любой, кто нападал на нас, от Карла XII до Наполеона и Гитлера, получал по морде. Если на нас нападет Трамп, то и ему достанется. Возможно, это не совсем дипломатичное выражение, и это не значит, что я считаю, будто нам можно нарушать международное право, как нам вздумается. Это лишь значит, что если на нас нападут, мы будем защищаться.
Вам 64 года, сколько Вы еще будете Послом России в Швеции?
– Об этом вам нужно спросить В.В.Путина! Я – солдат, который делает то, что прикажут. В то же время пенсионный возраст для послов в России – 70 лет. Так что, вероятно, у меня еще есть время.
Что Вы будете делать, когда Ваша служба подойдет к концу?
– Поеду домой в Россию, разумеется! У меня там трое сыновей и вся моя жизнь. Не буду скрывать, что с нетерпением жду того дня, когда смогу поехать домой.


ФАКТЫ
ВИКТОР ТАТАРИНЦЕВ
Возраст: 64 года.
Живет на вилле на острове Лидингё.
Семья: жена Ирина, по образованию медсестра, в браке с 2011 году. Сын Андрей, 35 лет, работает в «Орифлейм» в Москве, а также два сына жены от предыдущего брака.
Официальный титул: Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Королевстве Швеция.
Биография: вырос на Украине, мама – украинка, отец – русский. Обучался в МГИМО МИД СССР в Москве, где изучал шведский язык, историю Швеции и обществоведение. В 1980–1986 и 1990–1994 гг. работал в Посольстве Советского Союза/России в Стокгольме. В 1997–2002 годах вернулся советником-посланником (вторым дипломатом посольства) в Стокгольм.  В 2006-2010 был Послом России в Исландии. В 2010–2014 гг. возглавлял Второй Европейский департамент в МИД России. В мае 2014 г. вступил в должность Посла России в Швеции.
Язык: помимо русского, говорит на шведском, английском и польском языках.

Комментарии на интервью
Министру иностранных дел М.Вальстрём, главному редактору «Дагенс Нюхетер» П.Володарскому и СЭПО была предоставлена возможность прокомментировать заявления Посла России Виктора Татаринцева из интервью «ДИ Уикенд»:
П.Володарский, главный редактор «Дагенс Нюхетер»:
«Вероятно, нет ничего странного в том, что российский Посол, учитывая его прошлое в КГБ, считает независимые СМИ скорее проблемой, чем преимуществом демократического общества. Мы хотим лучше понять Россию и следим за всеми аспектами жизни страны. В частности, у нас есть спецкор в России, который описывает российский быт, что очень ценится нашими читателями. Неудивительно, что российскому официозу не по вкусу все, о чем мы пишем».
М.Вальстрём, министр иностранных дел Швеции, отказывается комментировать заявления российского Посла о Швеции, но через своего пресс-секретаря Э.Тибель указывает, что между странами существует определенный дипломатический диалог на высшем уровне:
«Первый замминистра иностранных дел Швеции А.Сёдер на регулярной основе раз в полгода встречается с Первым заместителем министра иностранных дел России В.Г.Титовым, а сама г-жа министр за последние годы несколько раз встречалась со своим российским коллегой С.В.Лавровым».
Служба госбезопасности Швеции ссылается на слова Д.Стенлинга, начальника отдела контрразведки СЭПО, сказанные им пару недель назад на семинаре, посвященном выпуску ежегодного отчета СЭПО:
«Мы можем утверждать, что угроза разведывательной деятельности в Швеции более обширна, чем несколько лет назад. Согласно СЭПО, около 15 государств проводят сбор разведданных в Швеции, причем Россия является самой большой угрозой. Россия в последние годы развила способность активно и скрыто оказывать влияние на другие государства. Она действует в «серой зоне», на грани мира и войны, то есть стремится, не провоцируя вооруженный конфликт, иметь возможность влиять на Швецию и другие страны для достижения своих целей в вопросах политики безопасности. В рамках этой «серой зоны» происходит постоянный сбор конфиденциальных данных, которые можно использовать для дестабилизации страны, если или когда это будет необходимо».


Статья спецпредставителя Президента Российской Федерации по вопросам международного сотрудничества в области информационной безопасности, Посла по особым поручениям МИД России А.В.Крутских, опубликованная в газете "Коммерсант" 27 марта 2019 года

На фоне уже привычной, можно сказать, ритуальной, антироссийской пропаганды в последнее время в американском экспертном сообществе стали звучать и здравые голоса. Обращает на себя внимание, в частности, недавняя статья ''Эта горячая линия может предотвратить кибервойну между США и Россией'', вышедшая в The Daily Beast. Профессионалы, следящие за этим сюжетом, вряд ли найдут в этой публикации какие-либо откровения. Но важно другое: в ней открыто признается, что отсутствие экспертного, деполитизированного диалога между Россией и США в области международной информационной безопасности — путь не только тупиковый, но и опасный, чреватый углублением недопонимания и риском масштабного конфликта.

Это не эмоциональные оценки, а сухие факты, озвученные американскими силовиками, действующими и бывшими сотрудниками администрации, курировавшими вопросы кибербезопасности, то есть теми, кто понимает ситуацию ''на земле'' и по роду своей деятельности должен мыслить максимально прагматично.

Если силовое и экспертное сообщество в США действительно разделяет эти оценки, то это тот случай, когда с коллегами, хоть и ''по ту сторону баррикад'', сложно не согласиться.

Шесть лет назад, в 2013 году, нам удалось выйти на договоренности об установлении линий прямой коммуникации между Россией и США на случай киберинцидентов. По сути, они выстроены по той же схеме, какая существовала в годы Холодной войны применительно к традиционным военным инцидентам, и позволяют оперативно обмениваться информацией на всех уровнях — от ведомственного до политического.

За эти годы каналы задействовались, и не раз. Надо сказать, что в период администрации Барака Обамы у нас вообще был достаточно оживленный диалог по кибервопросам как на рутинном техническом уровне, так и в формате полноценных консультаций. Проводились очные встречи экспертов, на которых те могли напрямую обсудить возникающие проблемы. В рамках Российско-американской президентской комиссии была даже создана специальная двусторонняя рабочая группа высокого уровня.

Что касается работы самих горячих линий, то наиболее яркий пример — обращение американской стороны осенью 2016 года в период президентской избирательной кампании по поводу озабоченностей США несанкционированным проникновением в их электронную инфраструктуру. Мы на него, как и всегда, быстро отреагировали, был обмен соответствующей технической информацией. Наш Национальный координационный центр по компьютерным инцидентам, который отвечает за функционирование этой линии, еще в декабре прошлого года выразил готовность в случае согласия американской стороны обнародовать содержание этой переписки. Такое предложение мы официально направили в Вашингтон по дипломатическим каналам в начале этого года. В ответ получили отказ.

Подробное разъяснение на этот счет давал официальный представитель МИД России в ходе одного из своих брифингов в марте.

Со своей стороны я могу лишь добавить, что наше предложение опубликовать переписку — беспрецедентный шаг, это настоящая транспарентность, о важности которой так часто говорят наши партнеры.

России бояться нечего. Равно как и нечего скрывать. Мы готовы к тому, что эта переписка будет изучена широкой общественностью в России и США, СМИ, экспертами, и они сделают свои выводы о том, что на самом деле тогда произошло. Но пока мы не можем обнародовать эти сведения, поскольку нам в этом отказано американской стороной. Предлог — ''чувствительность'' этих материалов. Едва ли там есть что-то более чувствительное для США, чем для России. Скорее такой подход выдает неуверенность в своих позициях, ведь при наличии общедоступных фактов тиражировать обвинения о ''российской руке'' в кибервзломах будет намного сложнее.

Однако на этом абсурд не заканчивается. Получив отказ американских госорганов, мы решили напрямую рассказать общественности в США о том, как ситуация с горячей линией видится в Москве, и предложили ряду ведущих американских СМИ разместить статью. Сказали им: мы просто даем ''прямую речь'', а вы комментируйте, как хотите. Если вам не нравятся наши предложения, если вы нам не верите — так и напишите, а рассудят пусть читатели.

Поначалу эти издания явно заинтересовались, уточняли у нас детали, говорили, что готовы опубликовать, но потом, видимо, им ''ударили по рукам'', и последовал отказ без объяснения причин. Заробели.

Но это эмоциональная сторона вопроса, а мы больше настроены на прагматику. Во второй раз соглашусь с американскими коллегами (Майклом Дэниелом, Крисом Пейнтером, Люком Дембовски), мнение которых цитировалось в упомянутой статье: одного факта существования каналов экстренной связи недостаточно. Для их эффективной работы нужен диалог между теми, кто занимается обеспечением их ежедневной деятельности, нужен более широкий разговор по вопросам международной информационной безопасности.

От официального Вашингтона мы часто слышим, что якобы для этого ''не хватает доверия''. Хочется в ответ спросить: ''А откуда ему взяться, если вы постоянно уклоняетесь от любого разговора на эту тему?'' Мы ведь уже не раз предлагали провести двусторонние консультации и в ответ слышали отказ. Порой дело вообще доходит до абсурда, как год назад в Женеве, когда американская сторона отменила такую встречу за пару часов до ее начала, притом что делегации уже были на месте. Невольно подумаешь, что разговор лицом к лицу настолько пугает наших партнеров, что они предпочитают транслировать свои обиды через СМИ.

Но ведь вопрос лежит не в плоскости рутинной политики, обмена ''уколами'' или каких-либо субъективных факторов.

Сейчас, как и 50 лет назад, речь идет о предотвращении эскалации киберинцидента до уровня полномасштабного военного конфликта между Россией и США.

Если линии экстренной связи, подкрепленные экспертным диалогом, будут по политическим причинам буксовать, существует риск получить второй ''карибский кризис'', только на этот раз его триггером будут не боеголовки, а информационно-коммуникационные технологии, и события будут развиваться за считанные минуты, оставляя обеим сторонам катастрофически мало времени на принятие решений. И это уже давно не сценарий фантастического фильма, это наша реальность. Хочется верить, что в США это осознают так же хорошо, как и в России. По крайней мере на эту мысль наводят высказанные американскими экспертами мнения.

Ту же линию — на открытость, демократичность, конструктивный диалог — мы стремимся проводить в отношениях с США по кибервопросам на многосторонних площадках. Как известно, в этом году в ООН должны быть созданы две профильные переговорные структуры по международной информационной безопасности: Рабочая группа открытого состава (РГОС) для всех государств-членов организации и Группа правительственных экспертов (ГПЭ). Интересно, что, хотя первая создается по российской инициативе, а вторая — формально по американской, на самом деле оба формата были изначально предложены и поддерживались на плаву Россией, в то время как западные страны относились к ооновскому треку скептически и при каждом удобном случае критиковали. Как бы то ни было, реальность такова, что теперь в ООН будут параллельно работать две группы, и сейчас важно определиться, на каких принципах они будут взаимодействовать.

Устраивать в ООН ''гладиаторские бои'' по теме международной информационной безопасности — не тот вариант, за который мы выступаем.

Россия, как и все остальные государства, заинтересована в том, чтобы работа этих групп выстраивалась в комплементарном, неконфронтационном, конструктивном и основанном на сотрудничестве ключе.

Исходя из соображений здравого смысла, мы предлагаем схему с ''разделением бремени''. В ней РГОС должна сосредоточиться на крупных политических сюжетах, которые волнуют большинство членов международного сообщества,— правилах ответственного поведения государств в информпространстве, мерах укрепления доверия в этой сфере, помощи развивающимся государствам, а также обсуждении того, как будет в перспективе выглядеть сам переговорный формат по этой теме (постоянно действующий комитет Генассамблеи или Совета Безопасности ООН либо какой-то иной вариант).

ГПЭ, в свою очередь, могла бы в приоритетном порядке заняться не менее важной, но более узкоспециализированной темой — вопросами применимости действующих норм международного права к информпространству.

Второй важный принцип ''мирного сосуществования'' двух групп — гармонизация усилий. Дискуссия на обеих площадках должна быть неполитизированной и прагматичной, а ее результаты — взаимодополняющими, а не конкурирующими. Из описания сфер ответственности РГОС и ГПЭ видно, что им предстоит поднять колоссальный пласт проблем, а это возможно только в случае конструктивного настроя всех участников.

Хочу подчеркнуть, что с таким планом — своего рода программой совместных действий — мы обратились к американцам еще в ноябре прошлого года. Как и прежде, предложили встретиться для обсуждения этих тем. Как и прежде, ответа не получили. Времени до запуска обеих структур остается совсем немного. Остается надеяться, что здравый смысл у партнеров возобладает, и они воспользуются этим ''окном возможностей'' до того, как оно закроется. Мы со своей стороны к диалогу готовы.

https://www.kommersant.ru/doc/3923963


Выступление Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на Конференции по разоружению, Женева, 20 марта 2019 года

Уважаемый г-н Председатель,

Уважаемый Генеральный секретарь,

Коллеги,

Дамы и господа,

С момента моего предыдущего выступления здесь прошёл год. По историческим меркам – промежуток ничтожный. Но произошедшие за год события, по сути, поставили нас всех на порог новой эпохи в области контроля над вооружениями.

Год назад мы с вами не теряли надежды, что путём конструктивного диалога все-таки получится преодолеть разногласия, найти компромиссные решения, придать новый импульс совместной работе по укреплению мира и поддержанию глобальной стабильности.

Однако сегодня мы сталкиваемся с агрессивным внешнеполитическим эгоцентризмом, подпитываемым претензиями на единоличное право определять «правила» мирового порядка и судьбы народов, стран и целых регионов. Нарастают попытки разрушить базовые договорённости, перекроить под свои конъюнктурные интересы всю многостороннюю архитектуру контроля над вооружениями. В стремлении к доминированию бесцеремонно уничтожаются механизмы, десятилетиями работавшие на поддержание стабильности и предсказуемости в международных отношениях.

Свежий пример – целенаправленный слом США Договора о РСМД, их категорический отказ от неоднократно предлагавшегося нами совместного профессионального разбора реально накопившихся в контексте этого соглашения проблем. Причину выхода из ДРСМД Вашингтон не скрывал – это намерение развязать себе руки для неограниченного наращивания ракетного потенциала в тех регионах, где предполагается форсированное продавливание американских интересов.

Основная опасность даже не в том, что мы откатываемся в области ракетно-ядерного разоружения на 30 лет назад. Выход США сначала из Договора по ПРО, а теперь из ДРСМД может привести к масштабной и непредсказуемой по своим последствиям гонке вооружений. Причем на этот раз – в отличие от 50-70-х гг. прошлого века, когда речь шла о стратегических арсеналах двух стран, – эту новую гонку будет провоцировать стремление многих государств рассматривать наличие собственного ракетно-ядерного потенциала как единственную реальную гарантию своей национальной безопасности. Нынешний уровень научно-технологического и промышленного развития позволяет сделать это уже десяткам стран.

Особую тревогу вызывает то, как в этой ситуации повели себя практически все государства Запада, с какой безучастностью и безответственностью они отнеслись к судьбе ДРСМД, включая дружное голосование в ООН против российской резолюции в его защиту. Члены НАТО открыто поддержали разрушение Договора, дав тем самым «зеленый свет» реализации ракетно-ядерных амбиций США. Безоговорочно были приняты на веру надуманные, ничем не подтвержденные заявления США о якобы несоответствии Договору российской ракеты 9М729, хотя после проведенного нами показа этого комплекса независимые эксперты стали отмечать, что концы с концами у американской Администрации явно не сходятся. Показательно, что США не только бойкотировали организованную нами демонстрацию ракеты 9М729, но и заставили большинство своих натовских союзников не участвовать в этом мероприятии. В таком подходе проявилась неготовность Вашингтона к честному разговору, что лишний раз доказывает отсутствие у него аргументов в обоснование своей голословной позиции.

Преднамеренно игнорируется и уже объявленное нами решение о том, что Россия не будет развертывать наземные ракеты средней и меньшей дальности в тех регионах, где не будут размещаться соответствующие системы американского производства. Как заявил Президент Российской Федерации В.В.Путин, мы будем действовать зеркально и только в ответ на действия США. Причем наш ответ будет выстроен таким образом, чтобы не дать втянуть Россию в затратную гонку вооружений.

Разочаровывает позиция европейских стран, которые в контексте ДРСМД, по сути, отказались от самостоятельной роли в обеспечении собственной и общеевропейской безопасности.

Не хотелось бы, чтобы печальная участь ДРСМД постигла Договор о СНВ, десятилетний срок действия которого истекает 5 февраля 2021 года. Россия выступает за его продление ещё на пять лет. Это позволило бы не допустить дальнейшей деградации ситуации в сфере стратегической стабильности, а также выиграть время для изучения возможных подходов к появляющимся сейчас в мире новым вооружениям и способам распространения на них методов контроля, поскольку не все такие вооружения подпадают под действующий ДСНВ. Вопреки тому, что вам говорили на днях в этом зале, Россия к такому разговору готова.

Но прежде надо разобраться с односторонним выведением США из засчёта своих СНВ, объявленных ими переоборудованными, что мы пока не можем подтвердить, как того требует Договор. Решить эту серьёзную проблему можно, руководствуясь процедурами, предусмотренными в самом Договоре. Соответствующие развязки мы с американскими коллегами обсуждали. Вопрос – в наличии политической воли у Вашингтона.

Россия была и остаётся ответственной участницей действующих соглашений. Выполняя свои обязательства в полном объёме, мы разделяем с другими государствами ответственность за сохранение мира и укрепление глобальной безопасности. Но этим наши усилия отнюдь не ограничиваются. Россия – автор и проводник целого ряда важнейших новых инициатив. К сожалению, наши западные коллеги сами никаких значимых инициатив не выдвигают, а к нашим – либо остаются глухи, либо преднамеренно пытаются их дискредитировать.

Хотел бы подчеркнуть, мы никому ничего не навязываем. Но убеждены, что наши предложения вполне могут послужить основой для реальных переговоров. Не раз призывали все заинтересованные государства, которым небезразлично, какое будущее ждет человечество, вместе искать точки соприкосновения, вырабатывать компромиссы.

Как подчеркнул Президент России В.В.Путин, все наши предложения прекрасно известны западным партнёрам, они остаются в силе, и когда Запад «дозреет», мы будем готовы к ответственной профессиональной работе. Пока же вместо конструктивной реакции мы слышим разговоры о возобновлении ядерных испытаний, о выводе в космос ударных боевых систем и даже о возможности развязывания «ограниченной ядерной войны». Для России и, надеюсь, большинства представленных здесь государств такая перспектива неприемлема. Однако она может стать реальной, если мы совместно не найдем разумную альтернативу линии на дестабилизацию международной обстановки, на дальнейшее обострение противоречий между государствами, на подрыв сложившейся системы многосторонних соглашений в области контроля над вооружениями.

Нужны ответственные и последовательные коллективные усилия по обеспечению международной безопасности и стабильности. Продвижение по пути сокращения ядерных вооружений на двусторонней российско-американской основе, как показывает кризис вокруг ДРСМД, себя исчерпало. Пришло время серьезно подумать над тем, как придать процессу контроля над ядерными вооружениями многосторонний характер, приемлемый для всех соответствующих государств. На наш взгляд, основой для многостороннего процесса должен быть принцип единой и неделимой безопасности. Ядерное разоружение бессмысленно рассматривать в отрыве от всего комплекса факторов, негативно влияющих на стратегическую стабильность.

Считаем крайне важным принять все необходимые меры для поддержания жизнеспособности и обеспечения эффективности функционирования Договора о нераспространении ядерного оружия. К сожалению, и здесь нарастают трудности. Наслаиваются противоречия между ядерными и неядерными государствами. Подрывной характер имеет решение США не ратифицировать ДВЗЯИ и начать готовить свой национальный полигон к возобновлению таких испытаний. Неопределённой остаётся ситуация с выполнением резолюции 1995 г. о создании зоны, свободной от оружия массового уничтожения (ЗСОМУ) на Ближнем Востоке. Россия, будучи одним из трёх соавторов этой резолюции и осознавая свою ответственность за судьбу ДНЯО, поддержала решение ГА ООН о созыве в ноябре этого года Конференции по ЗСОМУ и намерена содействовать её успешному проведению с учётом интересов всех стран региона.

Несколько слов о разоруженческом механизме ООН и его трёх основных элементах. Понятно, что работу Конференции по разоружению (КР), Первого комитета ГА ООН и Комиссии ООН по разоружению сделать полностью свободной от политизации нереально. Но в последнее время со стороны отдельных стран предпринимаются настойчивые попытки привнести на эти площадки сюжеты, удобные для «сведения счётов» с неугодными им государствами. Среди факторов, препятствующих нормальной работе ооновской разоруженческой триады, сверхполитизация постепенно выдвигается на передний план. Считаем недопустимым подход, когда здравые, перспективные предложения, направленные на обеспечение равной и неделимой безопасности для всех через предметный, конструктивный и профессиональный диалог, попросту отметаются.

В результате блокируется работа КР, девальвируются решения Первого комитета, снижается авторитет Комиссии ООН по разоружению. Нынешние трудности, однако, не означают, что созданный нашими предшественниками в 1978 г. механизм «сам по себе плох» и поэтому его надо демонтировать, как предлагают некоторые радикально настроенные государства. Россия с этим не согласна.

Состояние разоруженческого механизма ООН – отражение  общего осложнения международной обстановки, отказа коллективного Запада от диалога по совершенствованию существующих и выработки новых приемлемых для всех инструментов по контролю над вооружениями. Примеров немало. Взять хотя бы выработанную здесь, на КР, Конвенцию о запрещении биологического и токсинного оружия. Вместо эффективного верификационного механизма соблюдения КБТО, создание которого блокируется Вашингтоном, страны Запада теперь предлагают некие «визиты по приглашению». Так они собираются якобы «подтверждать» соответствие деятельности объектов биологической инфраструктуры и проводимых там исследований положениям Конвенции.

Другой пример – отказ от переговоров по предотвращению размещения оружия в космосе. Есть российско-китайский проект соответствующего договора. Других документов на этот счет на переговорном столе нет. Но государства-участники КР по-прежнему не в состоянии прийти к согласию хотя бы относительно запуска переговоров. Вот уже второе десятилетие мы слышим только отговорки: мол, выработка договора – «дело долгое», начинать переговоры до того, как появится реальная угроза выведения оружия в космос, преждевременно, а устанавливать юридически обязывающий запрет на этот счёт вообще нецелесообразно.

Тем временем в США уже выделены ассигнования на создание космического сегмента ПРО и размещение на околоземной орбите ударных средств. Видимо, этот сегмент ПРО будет обладать способностью поражать, в том числе, и космические объекты. Таким образом, будет выстроена реально действующая боевая структура, готовая в любой момент «зачистить» космическое пространство от орбитальной собственности неугодных Вашингтону стран. Это открывает «ящик Пандоры», так как многие государства являются активными участниками космической деятельности, и среди них немало тех, кто уже занимается разработкой боевых нагрузок для выведения в космос, либо обладает необходимым для этого потенциалом.

Так что проблема становится все более актуальной. Рассчитываем, что дополнительный импульс работе КР на этом направлении сможет придать созданная по решению Генеральной Ассамблеи ООН ГПЭ по предотвращению гонки вооружений в космосе, которая проводит свою заключительную сессию в эти дни.

Вновь привлекаю внимание к российской инициативе по разработке международной Конвенции по борьбе с актами химического и биологического терроризма (МКХБТ), которую мне довелось представить здесь в марте 2016 года. Одно из ключевых положений проекта этой конвенции – криминализация использования химических веществ и биологических агентов в террористических целях. Вопрос более чем актуален. Ведь только на территории Сирии по различным оценкам уже совершено от 300 до 400 терактов с применением химических веществ.

Рассматриваем сдержанное отношение к нашей инициативе по МКХБТ и стремление проигнорировать множество случаев химического терроризма в Сирии в качестве звеньев одной цепи. Вопреки собственным заявлениям об озабоченности возрастающей угрозой ОМУ-терроризма наши оппоненты возражают против укрепления международно-правовой базы противодействия этому злу.

Вместо совместной работы, Запад бросил свои силы на создание т.н. атрибутивного механизма в рамках ОЗХО в расчете на то, что этот механизм – с помощью манипулирования Техсекретариатом Организации – будет применяться в качестве инструмента политического давления на неугодные государства. Подобное грубое вторжение в прерогативы СБ ООН уже привело к глубокому расколу в рядах ОЗХО и, безусловно, бросает тень на перспективы КЗХО.

Коллеги, не могу не возразить тем, кто, развивая тезис о многолетнем застое на женевской Конференции по разоружению, выступает чуть ли не за её роспуск. В условиях, когда отдельные страны и группы стран отказываются от предметного обсуждения важных, в том числе для их собственной безопасности, вопросов, создавая вокруг них пропагандистскую шумиху, вдвойне важно беречь Конференцию в качестве единой переговорной площадки по широкому спектру наиболее актуальных проблем контроля над вооружениями, разоружения и нераспространения. Другого формата, где все же есть перспектива начала реальной многосторонней переговорной работы, не существует. И создать его на подлинно инклюзивной основе в нынешней обстановке едва ли получится.

Считаем весьма полезными состоявшиеся в 2018 г. дискуссии в рамках вспомогательных органов КР. Были готовы поддержать консенсус вокруг британского проекта решения о продолжении их работы по всем вопросам повестки дня. Сожалеем, что этот проект не нашел должной поддержки. Особо разочарованы отказом делегации США обсуждать данное предложение по существу.

Тем не менее, уверен, что у нас у всех найдется достаточно мудрости и сил, чтобы преодолеть кризис, сохранить и укрепить систему международных соглашений в области контроля над вооружениями и нераспространения, дополнить её новыми договорённостями. К сожалению, вчерашнее выступление на вашем форуме представителя США пока свидетельствовало об обратном. Надеюсь все-таки, что западные коллеги сумеют трезво оценить ситуацию, ответственно расставят свои приоритеты и вернутся к коллективным, совместным с нами усилиям по обеспечению мира и безопасности, включая контроль над вооружениями.

Благодарю за внимание. Желаю вам плодотворной работы.


Информация о проведении маневров войск (сил) «Восток-2018»

ИНФОРМАЦИЯ О ПРОВЕДЕНИИ МАНЕВРОВ ВОЙСК (СИЛ)
«ВОСТОК-2018»

В период с 11 по 17 сентября 2018 г. под руководством Министра обороны Российской Федерации проводится активная фаза маневров войск (сил) «Восток-2018» (далее -маневры).

Данные маневры проводятся в соответствии с существующей системой подготовки Вооруженных Сил Российской Федерации, которая предусматривает цикличность проведения крупномасштабных учений с войсками военных округов, и завершают комплекс мероприятий мобилизационной, оперативной и боевой подготовки войск (сил) в 2018 году.

Тема маневров: «Применение группировок войск (сил) для обеспечения военной безопасности Российской Федерации на Восточном театре военных действий».

Целями данных маневров являются:

  • совершенствование навыков командующих (командиров) и штабов по управлению межвидовыми группировками войск (сил) в ходе ведения военных действий на Восточном театре военных действий;
  • проверка уровня подготовленности органов военного управления при планировании и проведении перегруппировок войск (сил) на большие расстояния, организации взаимодействия между сухопутными группировками и силами Военно-Морского Флота;
  • получение практики командующими, командирами и штабами в управлении войсками (силами) в ходе подготовки и ведения военных действий.

Для отработки учебных вопросов на маневрах на Восточном стратегическом направлении создана обстановка в основу которой положена эскалация противоборства между двумя коалициями условных государств.

Рекогносцировка районов (полигонов) практических действий войск (сил) прошла в июне, командно-штабные тренировки в ВВО, ПВО и на СФ - в июле, а в августе с внезапной проверки, объявленной Президентом РФ - Верховным Главнокомандующим, начались 16 учений по видам обеспечения.

Маневры пройдут в два этапа.

  • На первом этапе продолжительностью двое суток оперативно-стратегическими командованиями Восточного, Центрального военных округов и Северного флота отрабатываются вопросы завершения развертывания группировки войск (сил) на Восточном театре военных действий, подготовки войск к боевому применению, наращивания группировок сил Военно-Морского Флота в Северной, Дальневосточной морских зонах и в Северо-Западной океанской зоне, а также вопросы организации взаимодействия и всестороннего обеспечения военных действий в интересах решения поставленных задач. Практически отрабатываются вопросы организации и проведения войсковых операций по локализации вооруженных конфликтов (первых операций) на отдельных направлениях в зоне ответственности Восточного военного округа.
  • На втором этапе продолжительностью пять суток органами военного управления отрабатываются вопросы управления межвидовыми группировками войск (сил) в ходе эскалации конфликтов и ведения военных действий на всем театре военных действий. Соединениями и воинскими частями на полигонах Восточного военного округа совершенствуется полевая (морская, воздушная) выучка с практической отработкой оборонительных и контрнаступательных действий на Забайкальском направлении, а также в операциях флота в морских акваториях Тихого океана.

Практические действия органов военного управления и войск пройдут на шести общевойсковых полигонах: «Цугол», «Бамбурово», «Радыгино», «Успеновский», «Лагунное», «Бикинский», на четырех полигонах ВВС и войск ПВО: «Литовко», «Новосельское», «Телемба» и «Бухта Анна», в акваториях Японского, Берингова и Охотского морей, Авачинского и Кроноцкого заливов.

К участию в маневрах привлекаются органы военного управления, войска (силы) Восточного военного округа, часть органов военного управления, войск (сил) Центрального военного округа, силы Северного флота, все соединения Воздушно-десантных войск, соединения дальней и военно-транспортной авиации. Часть подразделений из их состава предназначены для обозначения действий противника.

Кроме того, для отработки совместных действий воинских частей и подразделений на маневры привлекается воинский контингент Народно-освободительной армии Китая, а также подразделения вооруженных сил Монголии.

Действия войск (сил) в ходе маневров проводятся в соответствии с положениями Соглашения между Российской Федерацией, Республикой Казахстан, Киргизской Республикой, Республикой Таджикистан и Китайской Народной Республикой об укреплении доверия в военной области в районе границы от 26 апреля 1996 г.

Всего к маневрам привлекается 297 тыс. военнослужащих, более 1000 самолетов, вертолетов и беспилотных летательных аппаратов, до 36000 единиц военной техники, в том числе около 1100 танков, 1200 орудий, реактивных систем залпового огня и минометов, до 80 кораблей и судов обеспечения.

От китайской стороны в маневрах «Восток-2018» на территории Российской Федерации с середины августа примут участие более 3200 человек, 900 единиц ВВСТ, шесть самолетов и 24 вертолета.
Российско-китайские совместные действия будут проходить на полигоне «Цугол» площадью 431,5 тыс. кв. км в Забайкальском крае. В ходе маневров будет создан совместный штаб, а командование будут осуществлять представители Восточного военного округа РФ и Северной зоны боевого командования КНР.

По сообщению министерства обороны КНР, главной целью участия китайских войск является развитие российско-китайских отношений всестороннего стратегического партнерства и взаимодействия.

Министерство обороны РФ в порядке доброй воли пригласило присутствовать 13 сентября 2018 г. на одном из этапов маневров на полигоне «Цугол» должностных лиц военной миссии НАТО в России, представительства Евросоюза в РФ, а также военных атташе всех стран.